Отелло

Вильям Шекспир Отелло ---------------------------------------------------------------------------- Перевод Анны Радловой Вильям Шекспир. Избранные произведения Государственное издательство "Художественная литература", Л., 1939 ТРАГЕДИЯ В 5 АКТАХ ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Дож Венеции Брабанцио, сенатор Другие сенаторы Грациано, брат Брабанцио Лодовико, родственник Брабанцио Отелло, благородный мавр, генерал венецианской службы Кассио, его лейтенант Яго, его прапорщик Родриго, венецианский дворянин Монтано, предшественник Отелло по управлению Кипром Шут, слуга Отелло Дездемона, дочь Брабанцио и жена Отелло Эмилия, жена Яго Бьянка, возлюбленная Кассио Матрос, Гонец, Глашатай, офицеры, дворяне, музыканты и слуги Место действия: Венеция и кипрский порт. АКТ I СЦЕНА 1 Венеция. Улица. Входят Родриго и Яго. Родриго Не говори. Мне очень неприятно, Что ты, распоряжаясь, как хозяин, Моими деньгами, об этом знал. Яго Ах, чорт! Не слушаете вы... Ну, если мне когда такое снилось, Гнушайтесь мной. Родриго Ты говорил, его ты ненавидишь. Яго Ну, презирайте, если лгу. Хотели Меня к нему устроить лейтенантом. Три знатных гражданина хлопотали. Клянусь, я знаю, что я ст_о_ю места, Но он, считаясь только с личной спесью. Высокомерно встретил их исканья Надутыми военными словами; И, наконец, Ходатаев моих отверг, сказав: "Уже себе я выбрал офицера". А кто такой? Конечно, это вычислитель {1} славный, Микеле Кассио, некий флорентинец, Влюбленный до смерти в одну красотку; В бой никогда не вел он эскадрона, И отрой военный он не лучше знает, Чем пряха. Лишь солдатская словесность. Любой сановник в тоге рассуждает О ней не хуже. Болтовня без дела - Вот доблесть вся его. Но он был выбран. А мне, кто на главах Отелло дрался На Кипре, на Родосе, в землях разных, Языческих и христианских, мне Нос перерезал вычислитель, счетчик! Он лейтенантом будет, - в добрый час! - А я, мой бог, лишь прапорщиком Мавра. Родриго Скорей я был бы палачом его. Яго Что делать! Это зло военной службы; По дружбе, по запискам производство, Не так, как прежде, где второй за первым Шел по порядку. Ну, судите сами, Имею ль повод Мавра я любить И жаловать? Родриго Чего ж служить ему? Яго Спокойны будьте, Против него я службу обращу, Не всем быть господами и не всем Иметь слуг верных. Много есть, заметьте, Холопов преданных, низкопоклонных, Что любят раболепную неволю, Теряют силы, как осел господский, За корм. Когда состарятся, их гонят. Хлестать бы честных слуг! Но есть другие - Повадкой, видом выражают верность, Сердца же про себя они хранят: Лишь мнимо служат господам своим И наживаются. А оперятся - Себе уж угождают. Толк в них есть. И вот таким считаю я себя, И потому - Как верно то, что вас зовут Родриго, Будь Мавром я, уж Яго бы я не был. Служа ему, служу и сам себе И видимостью долга и любви Я собственные цели прикрываю. Ведь если внешним знаком показать Природу и лицо моей души, Наружно проявив их, скоро сердце В руках таскать я буду, чтобы галки Его клевали. {2} Я тогда - не я. Родриго Какой счастливец этот толстогубый! {3} Уж если тут везет... Яго Отца будите, Гонитесь вслед за ним! На площадях Ославьте и родных ее сзывайте! Раз в благодатной он стране живет - Язвите мухами его; раз счастлив - Его блаженство так вы затравите, Чтоб полиняло. Родриго Здесь дом ее отца; звать буду громко. Яго Да, с воплями ужасными и с воем, Как будто в людном городе внезапно Возник пожар. Родриго Эй, эй, Брабанцио, синьор Брабанцио! Яго Синьор, проснитесь: воры, воры, воры! Смотрите, цел ли дом, и дочь, и деньги? Эй, воры, воры! Брабанцио показывается наверху в окне. Брабанцио Что за причина бешеного шума? В чем дело здесь? Родриго Семейство ваше дома всё, синьор? Яго Ворота заперты? Брабанцио Что за вопросы? Яго Чорт! Вы ограблены! Стыд! Одевайтесь! Разбито сердце, пол-души пропало! Сейчас, сию минуту, старый черный Баран овечку вашу кроет... Ну же, Храпящих граждан звоном разбудите, Иль чорт вас в деда превратит, пожалуй! Вставайте, говорю! Брабанцио С ума сошли вы! Родриго Мой голос знаете, синьор почтенный? Брабанцио Кто вы такой? Родриго Зовут меня Родриго. Брабанцио Худший гость! Я запретил тебе под дверью шляться. Я прямо ведь сказал тебе, что дочь Моя не для тебя. Теперь, в безумье За ужином упившись крепких вин, Набравшись злобной наглости, пришел Покой тревожить мой. Родриго Синьор, синьор! Брабанцио Ты можешь быть уверен, При положении моем и нраве Поплатишься ты. Родриго Потерпите, сударь! Брабанцио Ты говоришь - грабеж? Венеция здесь, Мой дом - не хутор. Родриго О синьор почтенный! Я с чистым сердцем нынче к вам пришел. Яго Нелегкая возьми вас, сударь; вы один из тех, кто перестанет служить богу, если дьявол вам это прикажет. Мы пришли оказать вам услугу, а вы думаете, что мы мошенники. Вы вероятно, хотите, чтоб вашу дочь покрыл берберийский жеребец, чтоб ваши внуки ржали, чтоб рысаки были вашими двоюродными братьями, а испанские жеребцы - свойственниками? Брабанцио Кто ты, нахальный сквернослов? Яго Синьор, я человек, который пришел вам сказать, что сейчас ваша дочь и Мавр изображают животное о двух спинах. Брабанцио Ты жалкий негодяй! Яго А вы - сенатор. Брабанцио Ответишь ты. - Тебя, Родриго, знаю. Родриго Отвечу я за всё, но я прошу вас Сказать: вы дали мудрое согласье - Приходится поверить в это - вашей Прекрасной дочери глубокой ночью Отправиться с наемным гондольером, Без всякой прочей стражи и охраны, В сластолюбивые объятья Мавра? Коль, зная, согласились вы на это, Тогда мы нагло оскорбили вас. Но если вы не знали, то приличье Мне говорит - вы зря бранились. Верьте, Учтивость не позволила бы мне Над вашим добрым именем смеяться. Но ваша дочь, - без вашего согласья, Я повторяю, - тяжко провинилась, Связав долг, разум, красоту, судьбу С бродягою, бездомным чужеземцем, Чужим везде. Скорей же всё узнайте, И если в комнате она иль дома, Обрушьте на меня закон страны За то, что обманул вас. Брабанцио Высекайте Скорей огонь! Давайте факел! Слуг Будите всех! Недаром видел сон... Меня гнетет одна лишь мысль об этом. Огня, огня! (Уходит наверх.) Яго Прощайте, вас оставлю. Показывать неладно и опасно (А если я останусь, уж придется) Против начальника. Сенат, я знаю, Лишь замечанье сделает ему, Отставить же Отелло не решится: Спасения души нужнее он Для нынешнего кипрского похода, А у сената равных нет ему Для этих дел. Вот потому я нынче, - Хоть ненавижу Мавра хуже ада, - А жизненной нуждою принужден Выкидывать флаг дружбы, знак любви. Но это только знак. - Найти его хотите - К "Стрельцу" направьте вы за ним погоню. Там буду с ним и я. Теперь прощайте. (Уходит.) Входят внизу Брабанцио и слуги с факелами. Брабанцио Несчастье слишком верно: нет ее! И в этой жалкой жизни только горечь Осталась мне. - Но где, скажи, Родриго, Ее ты видел? - Бедное дитя! - У Мавра? - Кто захочет быть отцом? - Узнал ее? - Как страшно обманула! - Что вам сказала? - Фонарей! - Зовите Всех родичей! - Они уж поженились? Родриго Я думаю, что да. Брабанцио Как выбралась она? - Измена крови! Отцы, не верьте дочерям своим, На их поступки глядя; есть же чары, Которые и чистоту и юность Обманут. О таких вещах, Родриго, Читали вы? Родриго Конечно, я читал. Брабанцио Зовите брата! - Лучше б вам досталась! Во все концы бегите! - Вам известно, Где нам теперь схватить ее и Мавра? Родриго Я думаю, найду его. Угодно ль Взять стражу и последовать за мной? Брабанцио Вести прошу. Где только власть имею, Всех разбужу сейчас. - К оружью, эй! Начальников дозора подымайте! - Идите ж, друг! Запомню я услугу. Уходят. СЦЕНА 2 Венеция. Другая улица. Входят Отелло, Яго и слуги с факелами. Яго Хоть на войне я убивал людей, Бессовестным считаю я убийство По вольной воле. Злобы нехватает, Мне ж на беду. Раз девять или десять Под ребра я хотел его ударить. Отелло Так лучше. Яго Нет, так врал он и так низко,. Так вызывающе он говорил, Пороча вашу честь, Что я, к почтительности мало склонный, Его чуть не ударил. Но, скажите, Вы накрепко женаты? Знать должны вы, - Сиятельный сенатор здесь любим, И мнение его тут больше значит, Чем мненье дожа. Он вас разведет Иль пустит в ход возможные все средства?. Чтоб вас донять. Закон, как на буксире, За ним пойдет. Отелло Пускай вредит он мне. Мои услуги Синьории {4} громче, Чем жалобы его. Когда увижу, Что похвальба для чести не помеха, Открою я, что царского я рода, С ним буду говорить как равный с равным! Лишь по заслугам и по праву - счастья Величественного достиг. Знай, Яго, Что не люби я милой Дездемоны, Я не замкнул бы жизнь, не ограничил Бездомную и вольную мою За лучший клад морской. - Что за огни? Яго Отец поднялся и идет с друзьями. Войдите в дом. Отелло Нет, пусть меня найдут! Заслуги, должность, честная душа Порукой будут мне. - Они ли это? Яго Нет, Янусом клянусь! Входят Кассио и несколько полицейских с факелами. Отелло Здесь слуги дожа; лейтенант мой с ними. - Ночная благодать, друзья, над вами! Что нового? Кассио Привет вам, генерал, От дожа и приказ явиться тотчас К нему, без промедленья. Отелло В чем там дело? Кассио Мне кажется, что с Кипра что-нибудь. Должно быть, дело жаркое. С галер Двенадцать вестников друг другу вслед Послали срочно этой ночью. Встали Сенаторы, и многие собрались Уже у дожа. Спешно вас искали, И, на квартире не найдя, сенат В три стороны послал гонцов за вами, Чтоб вас добыть. Отелло Рад, что нашли меня вы. Сейчас я в дом зайду сказать два слова, И с вами я пойду. (Уходит.) Кассио (к Яго) Что он здесь делал? Яго На суше ночью захватил галеру. Когда законен приз - он будет счастлив. Кассио Я не пойму! Яго Женился он. Кассио На ком? Входит Отелло. Яго Клянусь... - Идете, генерал? Отелло Идем. Кассио Идет еще один отряд за вами. Входят Брабанцио, Родриго, стража с факелами и оружием. Яго Брабанцио!.. - Осторожней, генерал, - Он с замыслом дурным. Отелло Остановитесь. Родриго Синьор, вот Мавр! Брабанцио Скорей хватайте вора! С обеих сторон обнажают мечи. Яго Родриго, вы? К услугам вашим, сударь. Отелло Долой мечи, роса их ржой покроет! - Синьор, ваш возраст мне внушает больше Почтенья, чем оружье ваше. Брабанцио О подлый вор, куда ты дочь запрятал? Проклятый, ты околдовал ее! Ведь здравый смысл за то, что ты ее Магическими путами связал. Иначе как бы скромная девица, Счастливая и милая, отвергнув Венецианских богачей, красавцев, Бежала, возбуждая общий смех, На грудь, как сажа черную, такого, Как ты, что ужас, а не страсть внушаешь Пусть судит свет - ведь ясно здесь, как день, Что в ход пустил ты злое колдовство И девушку ты зельем опоил, Что силы отнимает. Суд решит, Возможно ль это и правдоподобно ль. Тебя я арестую и свяжу, Всесветного обманщика, волхва, Живущего искусством незаконным. Хватайте же, а если будет драться, Пусть на себя пеняет. Отелло Руки прочь, Мои сторонники и вы, другие! Была бы дракой роль моя, сыграл бы Ее и без суфлера я. К ответу Куда же должен я итти? Брабанцио В тюрьму, Пока не призовут в суде законном Тебя к ответу. Отелло Повинуясь вам, Как выполнить желанье дожа? Здесь Со мной послы его, которым он Велел меня позвать к нему немедля По делу государства. Офицер Правда это, Синьор, в совете дож, и я уверен, Уж звали вашу милость. Брабанцио Дож в совете? В ночную пору? - Ну, его ведите. Дела мои не плохи. Должен дож И братья по сенату воспринять Обиду эту как свою; а если Без кары эти нам дела оставить, Раб и язычник будут нами править! Уходят. СЦЕНА 3 Там же. Зал совета. Дож и сенаторы сидят у стола; должностные лица и служители. Дож В вестях согласья нет, и потому Сомнительны они. 1-й Сенатор Не очень точны. Указывают мне - сто семь галер. Дож Мне пишут, что сто сорок. 2-й Сенатор Мне, - что двести. Хотя их счет не точен, - как бывает, Когда все донесенья на догадках Основаны, - всё подтверждает: флот - Турецкий, направляется он - к Кипру. Дож Достаточно и это для сужденья. Подробностями я не дорожу, Но главное считаю верным я И угрожающим. Матрос (за сценой) Эй, эй, впустите! Входит Матрос. Служитель С галер гонец! Дож В чем дело, говори! Матрос Турецкий флот направился к Родосу. Синьором Анджело мне дан приказ Сенату сообщить. Дож Вот перемена! 1-й Сенатор Быть не может это, И смысла в этом нет. Прикрытье здесь, Чтоб отвести глаза нам. Если здесь мы Обсудим полное значенье Кипра Для турок, то поймем мы без труда, Что он важнее туркам, чем Родос, Что легче ваять его, что укреплен Не так он сильно и недостает Ему тех средств, которые имеет Родос. И если всё обсудим мы - Увидим, что не так просты уж турки, Чтобы откладывать то, что важнее, Пренебрегая выгодным и легким Ради опасного пустого дела. Дож Конечно, не в Родосе дело тут. Служитель Еще гонец. Входит Гонец. Гонец Достопочтенные, флот оттоманов, Что направлялся к острову Родосу, Соединился с новым флотом там. 1-й Сенатор Я так и думал! - Сколько кораблей? Гонец Их тридцать; и теперь они открыто Обратно повернули и плывут На остров Кипр. Синьор Монтано, верный, Храбрейший ваш слуга, с почтеньем вам Все эти вести сообщая, просит Не сомневаться. Дож Теперь уж верно - Кипр! - Марк Лучикос не в городе ли нынче? 2-й Сенатор Он во Флоренции. Дож Пусть поскорей вернется, напишите. 1-й Сенатор Идет Брабанцио, с ним храбрый Мавр. Входят Брабанцио, Отелло, Яго, Родриго и служители. Дож Отелло храбрый, спешно вы нужны нам Против врагов всегдашних наших, турок. (К Брабанцио) Я не заметил вас, привет, синьор. Нам ваша помощь, ваш совет был нужен. Брабанцио А я нуждаюсь в вашем, ваша светлость, Простите! Служба или весть о деле Меня с постели подняли? Забота ль Всеобщая? Нет, личная печаль Стремится разрушающим потоком И поглощает прочие несчастья, Нисколько не слабея. Дож В чем же дело? Брабанцио О дочь моя... Дож и Сенаторы Скончалась? Брабанцио Для меня! Похищена, испорчена она Волшбой и снадобьями знахарей. Не может так природа обмануться, - Дочь не была б глухой, слепой иль глупой Без колдовства! Кто б ни был тот, кто средствами дурными Дочь вашу обманул в самой себе, Вас в ней, - в кровавой книге правосудья Найдите сами горький приговор, Для вас достаточный, хотя бы сын наш Пред вами провинился! Брабанцио Ваша светлость, Благодарю. Вот этот! Мавр! Его Призвали спешно, кажется, сюда вы По делу государства? Дож и Сенаторы Больно слышать! Дож (к Отелло) Что можете в защиту вы сказать? Брабанцио Да только, что всё - правда! Отелло Высокие, почтенные синьоры И господа достойные мои! Что дочь увез у старика я - правда, И правда то, что я на ней женился. Но здесь - вершина и конец обид, Что я нанес ему. Грубы слова мои, Не одарен я мирным красноречьем. С семи лет до сегодняшнего дня, Лишь исключая девять лун последних, Я знал одно - солдатскую палатку. О свете мало говорить умею, А лишь о подвигах, раздорах, битвах. Поэтому едва ль к себе склоню вас, Толкуя о себе. Но с вашего согласья Я расскажу вам просто, без прикрас Любви теченье, колдовством каким И зельем, чарами и заклинаньем - Ведь в этом, кажется, я обвинен? - Прельстил я дочь его. Брабанцио Была девица Не дерзкая и тихая, краснела От всякого порыва; и она Против природы, лет, страны и чести Влюбилась в то, на что смотреть боялась. Уродливо и глупо рассужденье, Что совершенство может ошибаться Наперекор природе; заключаю, Что лишь искусством адским он достиг Того, что совершилось. Я ручаюсь, Что зельями, волнующими кровь, Заклятыми настоями ее Он покорил. Дож Ручаться - это мало, Когда нет явных и прямых улик. Лишь вероятья, жалкие догадки, В одной лишь видимости обвиненья. 1-й Сенатор Скажите нам, Отелло, Запретным и насильственным путем Вы душу отравили юной девы Иль просьбами ее завоевали, Склонивши сердце к сердцу? Отелло Я прошу К "Стрельцу" послать сейчас же за женою. Пусть обо мне расскажет при отце, И если вы найдете, что солгал я, - Не только службу и доверье вы, Что дали, отнимите; приговор ваш Пусть жизнь мою возьмет. Дож Послать за Дездемоной. Отелло (к Яго) Их проводите; знаете вы место. Уходят Яго и служители. Пока придет, - правдиво, как пред богом, Я в заблужденьях крови признаюсь, - Так строгому собранью изложу, Как милой госпожи обрел любовь я, Она - мою. Дож Отелло, говорите! Отелло Ее отец любил меня и звал, Всегда расспрашивал меня о жизни, О битвах, об осадах, приключеньях, Что пережил я... Я начинал с мальчишеских годов, Кончал же часом самого рассказа. Я говорил о гибельных делах, Опасностях на суше и на море, Как в смертную пробоину кидался, Как был пленен я наглыми врагами И продан в рабство, как освобожден. Потом о путешествиях моих, Больших пещерах и степях бесплодных, О диких скалах, горах до небес. Пришлось рассказывать мне обо всем: О каннибалах, что едят друг друга, Антропофагах - людях с головами, Что ниже плеч растут. Любила слушать Всё это Дездемона; и когда Ей по хозяйству приходилось выйти, Она дела окончить торопилась И возвращалась к нам и жадным слухом Внимала речь мою; заметив это, Я выбрал добрый час, нашел я способ Ее заставить с просьбой обратиться Ко мне, чтоб странствия ей рассказал, Которые урывками, неполно Она слыхала. Согласился я, И часто слезы исторгал у ней Рассказом о печалях юных лет. Когда окончил я, она в награду Мне подарила вздохов целый мир, Клялась, что странно это, очень странно, Что жалостно, что жалостно и чудно, Хотела б не слыхать и всё ж хотела б Такой же быть; меня благодарила И намекнула: кто ее полюбит, Пусть про себя такое же расскажет - И покорит ее. Открылся я. Она за бранный труд мой полюбила, А я за жалость полюбил ее. Вот вся волшба, что я здесь применил. - Она идет сюда. Пусть подтвердит. Входят Дездемона, Яго и Слуга. Дож Мою бы дочь такой рассказ прельстил. - Брабанцио добрый, Взгляните с лучшей стороны на зло. Удобней драться сломанным оружьем, Чем голою рукой. Брабанцио Она пусть скажет, И если половинное участье Свое признает, - гибель за хулу мне. - Сударыня, сюда вы подойдите. Из этого высокого собранья Кому послушны быть должны? Дездемона Отец мой, Здесь вижу долг двойной. Я с вами жизнью И воспитаньем связана, - ведь жизнь И воспитанье научили к вам Почтительности: ваша я должница, Пока я ваша дочь; но он - мой муж. И так же как, вас предпочтя отцу, Вас чтила мать моя, так я должна Дать предпочтенье Мавру, моему Супругу. Брабанцио Ну, бог с вами! - Кончил я. - Что ж, ваша светлость, перейдем к делам. Приемыш был бы мне милей, чем дочь. - Ну, Мавр, поди сюда! Дарю тебе всем сердцем то, что я Всем сердцем отнял бы, когда бы ты Уж не владел им. - Вы же, клад бесценный, - Я рад, что у меня детей нет боле. Побег твой научил меня тиранству, - Я заковал бы их! - Я кончил, дож. Дож Позвольте высказать за вас сужденье: Для любящих оно ступенью будет К прощенью вашему! Где нет лекарств - там грусть неизлечима. Коль понял всё - летят надежды мимо, Когда несчастью праздным плачем вторим, Мы умножаем горе новым горем. Над неизбежным что нам плакать даром? Стерпев удар, смеемся над ударом. С презреньем кто смеется вору вслед, Тот убавляет груз возникших бед. Брабанцио Что ж, если вашей мудрости поверим, Уступим Кипр, смеясь таким потерям! Читает тот мораль, кто горю чужд: Ему слова - бальзам от бед и нужд; Но кто узнал не в шутку огорченья, Тому расплата - жалкое терпенье. Такие ж речи, желчь они иль мед, Бьют в обе стороны - кто что возьмет! Слова - слова лишь. Верить я не стану, Что ухо излечило сердца рану. - Очень прошу вас, перейдем к государственным делам. Дож Турки с могучим флотом направляются к Кипру. - Отелло, вы лучше всех знаете военные силы этого острова; и несмотря на то, что там у нас есть весьма достойный наместник, однако молва, властительница успеха, поднимает уверенный голос за вас; поэтому вам придется омрачить блеск вашего нового счастья этим более упорным и тяжелым походом. Отелло Сенаторы, всевластная привычка Войны стальное, каменное ложе В пуховую постель мне превратила. Веселие живое нахожу я В суровости, и предпринять готов Поход сегодняшний я против турок. Покорнейше склонившись перед вами, Прошу вас убедительно назначить Моей жене жилище, содержанье, Довольствие и свиту, что приличны Ее рожденью. Дож Если вы хотите, Пусть у отца живет. Брабанцио Я не хочу. Отелло Ни я. Дездемона Ни я. Я не хочу там жить, Чтобы отца присутствием своим Сердить всегда. Всемилостивый дож, Моим словам внемлите благосклонно, Под покровительство свое возьмите Вы простоту мою. Дож Чего хотите вы? Дездемона Чтоб с Мавром жить, его я полюбила, - Об этом бурный вихрь моей судьбы Уж миру протрубил; душа моя Прекрасной доблести его покорна; Душа Отелло - вот его лицо; И подвигам и славе его я Свою судьбу и сердце посвятила. И если здесь, как мирный мотылек, Останусь я, а он уйдет в сраженье, - Лишусь того, за что его люблю я. И тяжело мне будет это время Разлуки с милым. С ним позвольте ехать! Отелло Молю ее исполнить волю. Свидетель бог, прошу не для того, Чтоб смаковать желания свои, Не для того, чтоб наслаждаться страстью, - Во мне уж юношеский пыл угас, - Но чтоб ее стремленью угодить. Храни вас бог от мысли, что я с ней Серьезную и важную работу Испорчу! Нет! И если легкокрылый Амур-проказник мне глаза закроет И притупит мой ум и волю ленью, Так что забавы труд загубят мой, - Пускай хозяйки смастерят кастрюли Из шлема моего! Пускай напасти Позорные мою осилят славу! Дож Решите сами, здесь ей оставаться Иль с вами ехать; очень спешно дело - Ответьте спешно; ехать вам сегодня. Дездемона Сегодня ночью? Дож Да. Отелло Я рад душевно. Дож Мы утром в девять соберемся снова. - Отелло, вы оставьте офицера: Он полномочия вам привезет И всё, что вам по положенью надо, Доставит. Отелло Будет прапорщик мой здесь, - Честнейший, верный человек. Ему Я поручаю привезти жену Со всем, что ваша милость пожелает Послать за мною вслед. Дож Пусть будет так! Покойной ночи всем! (К Брабанцио) Синьор достойный, У доблести красы нам не отнять; Не черен - светел ваш отважный зять. 1-й Сенатор Прощайте, Мавр; храните Дездемону! Брабанцио Смотри за нею, Мавр! Отца она Уж обманула, - будет ли верна? Уходят Дож, сенаторы, служители и проч. Отелло Порукой жизнь моя! - Мой честный Яго, Тебе я Дездемону поручаю. Прошу тебя, свою жену приставь к ней И привези их в час благоприятный. - Пойдем же, Дездемона, час один Остался для любви, для мирных дел, Послушны времени мы быть должны. Уходят Отелло и Дездемона. Родриго О Яго! Яго Что скажешь, благородный? Родриго Что стану делать я? Яго Пойдешь и ляжешь спать. Родриго Незамедлительно я утоплюсь. Яго Если ты это сделаешь, я тебя никогда больше не буду после этого любить. Ради чего, глупец ты этакий? Родриго Глупо жить, если жизнь постыла; нам прописано умереть, если смерть - наш врач. Яго Ах ты, дрянцо! Я уж четырежды семь лет, гляжу на мир, и с тех пор, как отличаю выгоду от вреда, я никогда не видел человека, который умел бы о себе заботиться. Прежде чем сказать, что я утоплюсь от любви к потаскушке, я обменялся бы своим человеческим достоинством с павианом. Родриго Что мне делать? Я признаю - это стыдно, что я так влюблен, но у меня нехватает силы преодолеть это. Яго Силы! Фига! От нас зависит, такие мы или другие. Наше тело - сад, и в нем желание - садовник; поэтому, разведем ли мы в нем крапиву или посеем латук, взрастим иссоп или выполем тимьян, засадим его одной травой или разными, будет ли наш сад по нашей лености бесплодным или заботливо удобренным, - сила и исправляющая власть над этим - в нашей воле. Если бы на одной чашке весов нашей жизни не было разума, чтобы уравновешивать чувственность, лежащую на другой, кровь и низость нашей природы привели бы нас к самым бессмысленным выводам; но у нас есть разум, чтобы охлаждать наши бешеные порывы, наши плотские желания, наши необузданные похоти; поэтому то, что вы называете любовью, я считаю искусственно привитым черенком. Родриго Не может быть! Яго Это просто плотская похоть и послабление воли. Ну, будь же мужчиной! Утопиться! Топи кошек и слепых щенят! Я объявил себя твоим другом, и я признаюсь, что привязан к служению тебе канатами прочной крепости; я никогда не мог бы лучше послужить тебе, чем теперь. Насыпь денег в кошелек, отправляйся в этот поход, измени свое лицо поддельной бородой; слышишь! насыпь денег в кошелек. Не может быть, чтобы любовь Дездемоны к Мавру долго продлилась, - насыпь денег в кошелек, - ни его любовь - к ней: у нее было яростное начало, и ты увидишь такое же разлучение; насыпь только денег в кошелек. У этих мавров изменчивые желания, - наполни кошелек деньгами, - та, которая для него сейчас слаще меда, скоро будет ему горше желчи. А она должна измениться по молодости: когда она насытится его телом, она увидит ошибку в выборе; ей нужна будет перемена, нужна, поэтому насыпь денег в кошелек. Если ты хочешь погубить свою душу, выбери для этого более тонкий способ, чем топиться. Гони деньги, которые можешь собрать: если всё ханжество и тленные обеты бездомного варвара и лукавейшей венецианки не окажутся сильнее моего разума и всех сил ада, ты насладишься ею; поэтому гони деньги. Что за чепуха - топиться! Это совершенно ни к чему: лучше быть повешенным, добившись наслажденья, чем утониться, уйдя ни с чем. Родриго Оправдаешь ли ты мои надежды, если я понадеюсь на счастливый исход? Яго Будь уверен во мне. Гони деньги. Я часто говорил тебе и говорю снова и снова, что ненавижу Мавра: у меня кровная на то причина, и у тебя причина, не менее основательная. Давай, соединимся, чтобы ему отомстить: если ты наставишь ему рога, ты себе доставишь наслаждение, а мне забаву. В утробе времени, много тайн, которые станут явными. Марш, шевелись, иди, добывай деньги. Завтрашний день нам принесет больше, чем нынешний. Прощай. Родриго Где встретимся мы завтра? Яго У меня. Родриго Приду я очень рано! Яго Идите, прощайте же. Слышите, Родриго? Родриго Что говорите? Яго О смерти больше ни полслова, слышите? Родриго Я передумал: я продам все свои именья. (Уходит.) Яго Всегда мне служит кошельком дурак. Не стал бы даром тратить опыт я, Зря время проводя с такой вороной Без выгоды. Я ненавижу Мавра. В моей постели, говорят, работу Мою он исполнял; не знаю, правда ль. Но я по подозренью поступлю, Как если б точно знал. Меня он любит, - Тем лучше замысел удастся мне. Красавчик Кассио... Подумать надо; Отнять бы должность у него и дело Закончить плутовством двойным! Но как? Пройдет пусть время, - нашепчу Отелло, Что он с его супругой слишком близок. Красив, приятен Кассио в обхожденье: Он будто создан женщин обольщать. А Мавр открыт, великодушен, верит Он в честность тех, кто кажется таким,. И так же просто за нос, как осла, Его водить... Придумал! Зачато! А ночь и ад На свет приплод чудовищный родят. (Уходит.) АКТ II СЦЕНА 1 Морской порт на Кипре. Открытое место близ набережной. Входят Монтано и два дворянина. Монтано Не видно ли чего-нибудь за молом? 1-й Дворянин Нет, ничего. Высоко море вздулось, И паруса меж небом и водою Не различить. Монтано Силен был вихрь на суше. Никогда Сильней не сотрясала буря башен. Коль шторм такой же был в открытом море, Какой корабль дубовый мог стерпеть Громаду волн? Что мы еще услышим? 2-й Дворянин Услышим, что погиб турецкий флот. На пенящийся берег только встаньте, - Чуть не до туч бросаются валы. И вздыбленные волны с грозной гривой В Медведицу сверкающую хлещут, Чтоб полюса, недвижного в веках, Погасли стражи. Не видал я прежде Такого бешенства! Монтано Да. Если турки Не скрылись в бухту, - верно, утонули. Ведь это выдержать им невозможно. Входит 3-й Дворянин. 3-й Дворянин Друзья, конец войне! Там буря дикая разбила турок. Погиб их план. Корабль венецианский Метанье и крушенье большей части Их флота видел. Монтано Ужели правда? 3-й Дворянин В гавань к нам вошел Корабль "Веронец"; и Микеле Кассио, Воинственного Мавра лейтенант, Сошел с него. Сам Мавр еще в пути. Назначен он наместником на Кипр. Монтано Я очень рад: достойный он правитель. 3-й Дворянин Но Кассио, который рассказал С восторгом о потерях турок, грустен; Он молится о Мавре. Разделила Их буря страшная. Монтано Спаси господь! Служил я у него, он - и солдат И полководец. - Эй, пойдем на берег, Чтоб на корабль прибывший посмотреть И взорами искать Отелло в море, Там, вдалеке, где синий небосвод С водой сливается. 3-й Дворянин Идем скорее. Ведь каждая минута - ожиданье Вновь прибывающих. Входит Кассио. Кассио Благодарю всех кипрских храбрецов, Что Мавра оценили так! О небо! Защитой будь ему от злых стихий! Я потерял его в опасном море. Монтано Корабль хорош его? Кассио Корабль его построен прочно, кормчий Ведет его надежный и искусный; Поэтому надежда не слабеет, А всё растет. Крики за сценой: "Там парус, парус, парус!" Входит 4-й Дворянин. Кассио Что там за шум? 4-й Дворянин Весь город опустел, на берегу Собрались толпы и кричат: "Там парус!" Кассио Надежда образ приняла - правитель! Слышны пушечные выстрелы. 2-й Дворянин Приветственный салют; наверно, это Друзья. Кассио Прошу я вас, туда пойдите И сообщите нам, кто там приехал. 2-й Дворянин Иду. (Уходит.) Монтано Женат ли генерал ваш, лейтенант? Кассио Да. Очень счастливо женился он На девушке, что выше всех похвал, Восторженных и дивных описаний. В прелестнейшем создании природы Все прелести слились. Входит 2-й Дворянин. Ну, кто там прибыл? 2-й Дворянин Какой-то Яго, прапорщик Отелло. Кассио Он счастливо путь быстрый совершил. И бури, волны, воющие ветры, И скалы, и подводные пески, Предатели, что ловят киль невинный, Увидев красоту, свою природу Смертельную откинули и путь Божественной открыли. Монтано Кто она? Кассио Над командиром нашим командир. Ее сопровождает смелый Яго; Он на неделю раньше, чем мы ждали, Пришел. Юпитер, сохрани Отелло, Надуй дыханьем мощным паруса, Чтоб кораблем он порт благословил, И поскорее обнял Дездемону, И нам угасший дух зажег бы снова, И Кипр утешил бы. Входят Дездемона, Эмилия, Яго, Родриго и слуги. О посмотрите, Богатство корабля сошло на берег! Островитяне, станьте на колени! Благословенна госпожа! Пусть милость Небесная с тобой повсюду будет И окружит тебя. Дездемона Благодарю вас... Что знаете вы о моем супруге? Кассио Еще не прибыл он, но знаю я, Что он здоров и скоро будет здесь. Дездемона О, я боюсь... Как с ним расстались вы? Кассио Великая война небес и моря Нас разлучила. За сценой крики: "Парус, парус!" Слышите, там парус! Пушки. 2-й Дворянин Приветствие шлет крепости корабль. Подходит, верно, друг. Кассио Узнайте вести. Уходит 2-й Дворянин. Привет вам, добрый прапорщик... (Эмилии) И вам! -